24 сен 12:32 Культура

Фейс: «Я чувствую, что с этим альбомом я вышел и мелом нарисовал черту. Обозначив, что я такой один»

Фейс: «Я чувствую, что с этим альбомом я вышел и мелом нарисовал черту. Обозначив, что я такой один»

О РУСОФОБИИ

— Есть степень русофобии, которая, на самом деле, вообще не является русофобией, а просто является здравым смыслом. В этом государстве — да и не только в этом, а в любой человеческой общине — есть такая тема. Если ты скажешь правду, то ты зачастую становишься сразу противником этой общины, кем-то оппозиционным. То есть достаточно просто сказать: есть, к примеру, мусора, которые [воруют] деньги. Все, если ты медийная личность, ты сразу можешь стать врагом народа.

О РЕЛИГИИ

— То же самое — вопросы религии. О них говорить тоже бесполезно. Если объективно подумать, включить голову, сложить два и два, будет понятно, что, скорее всего, ничего там нет. И если умрешь, максимум станешь травинкой когда-нибудь через 500 лет. Но людям легче жить с теми понятиями, которые в них заложили родители. И когда ты говоришь им правду, реакция идет обратная. Типа — мало того, что ты говоришь не так, как большинство, ты еще и говоришь не то, что мой папа говорил, поэтому ты вдвойне гондон. Поэтому много адекватных людей просто most hated [самые ненавидимые]. И, например, я сейчас ничего плохого не сказал, но за это меня могут одновременно возненавидеть фашисты, антифашисты, православные, мусульмане и кто угодно.

О ТОЛЕРАНТНОСТИ

— И на самом деле, непонятно, что лучше: когда люди прячут свою ненависть или когда они ее показывают. Если они показывают ненависть радикально — явно хуже. А если просто как позицию — я скорее считаю, что лучше. Например, в Европе, которая очень толерантная, есть такая [ерунда]: многие ненавидят меньшинства и мигрантов, но скрывают это. То есть толерантный образ Европы сочетается с тем, что французы не хотят разговаривать на английском языке, хотя, сука, знают его прекрасно. И вообще ничем они особо не отличаются в том плане, чтобы поглазеть на твои татуировки или пообсуждать, какой ты пидор.

Здесь я бы хотел немного оправдать Россию. Россия больше заслуживает уважения, чем страны с напускной толерантностью. Наверное, есть страны, где реальная толерантность. Им только респект, уважение. Я хочу быть гражданином подобного полиса.

О ХРИСТИАНСКИХ ЦЕННОСТЯХ

— А христианские ценности ничем не плохи. Там все нормально. Я вообще не против религии. Я против, когда религия сводит людей с ума, когда религией манипулируют в целях заработать денег, когда религия убивает людей. Людям надо во что-то верить — и это не худший выбор объекта для веры. Многие вообще верят в ненависть: ты ненавидишь, не знаю, латиносов, еще ... знает кого — и веришь в это, и это подпитывает твои силы. Каждому человеку нужна вера во что-то, иначе ему будет [очень] как сложно жить.

ОБ ОТНОШЕНИИ К БОГУ

— Я был дико верующим в детстве, в принципе. Нас зомбировали, потому что у нас мать — глубоко верующий человек. Нет выбора, тебе не дают думать головой. На тебя надевают крестик и все, ты веришь!

Для меня это фашизм. Психическое насилие. Это как с музыкальной школой. Я не помню, чем я хотел заниматься в 6 лет, но меня отводили в музыкальную школу, куда я .... не хотел ходить. Такое же насилие — водить в церковь в 9 утра, когда ты не хочешь туда идти. Я абсолютно этого не понимаю. Но да, когда я писал «Молитву», у меня в голове были воспоминания о том, как я в детстве молился. И я придумал собственную молитву. Хотя сама песня немного о другом.

Как же я сказал-то? Я любил господа бога, но мы слишком разные. Последняя строчка альбома.

О НЕГАТИВНОЙ РЕАКЦИИ НА АЛЬБОМ

— Присутствует, конечно. Есть люди, которые говорят: давай про бургер, это не то. Есть люди, которые говорят: ..., я такие песни пел 10 лет назад, меня в списки центра «Э» занесли, я вообще крутой парень. Зачем они это говорят? Видимо, так пытаются в твиттере самореализоваться. Зачем, обсуждая мой релиз, рассказывать о своих заслугах, ...?

Чуваки, это клево, что вы это делали. Но на таком уровне, как это сделал я, этого не делал никто. Тем более с учетом обстоятельств — сколько мне лет и кто я есть. Это абсолютно смелый поступок, которым я, безусловно, горжусь, — написать и выпустить этот альбом. Ну и просто мне надо было это сделать — снять с души груз детских травм. Я это сделал, считаю, что с успехом.

Есть еще люди из разряда «и че ты об этом говоришь? мы и так все знаем». Есть самые смешные люди, которые считают, что я русофоб, плюнул в Родину и вообще враг народа.

О СОЗДАНИИ АЛЬБОМА «ПУТИ НЕИСПОВЕДИМЫ»

— Просто в течение пары-тройки месяцев благодаря каким-то душевным терзаниям, попыткам, переборам я получил эти восемь песен. По звуку это стопудовый Мик Милл. И Дрейк. Смешанные с остросоциальным рэпом. Довольно оригинальное решение. Но я не особо отношусь к речитативному рэпу как к какой-то музыке, поэтому не хочу кичиться тем, что хорошую музыку написал. Хороший рэп написал, да, базара нет. Кто говорит, что нет, тот может ... отсосать. Потому что фраза «русский поэт — этот тот, кто с собой носит перо» гениальна. Опять-таки, мне 21, а вы, старые пидоры, идите ....

О СРАВНЕНИЯХ С ХАСКИ И ОКСИМИРОНОМ

— Я нормально отношусь и к Хаски, и к Мирону. Почему мы их приводим в пример? Потому что они начали с самого начала так двигаться, а мы нет. Именно поэтому на мои лирические победы можно не обратить внимания, а просто сказать: хайпит, прикол, жест, перформанс, слишком просто и все такое.

Но по-моему, намного сложнее именно написать просто и гениально, чем наоборот. Не говорю, что это гениальная работа, но на 5 с минусом. 4 с плюсом в худшем случае. Это правда хороший рэп-альбом, которым я доволен, в принципе.
<...> Если сравнивать музыку с кино, то у меня была задача написать «Левиафан».

У многих такие претензии к «Левиафану», но при этом я бы поспорил с тем, что кто-то сделал более понятный, обширный и правдивый фильм про Россию. Такая же ситуация с альбомом. Здесь описаны проблемы, которые всегда были, есть и, видимо, будут. Но добавлены современные нюансы, которых в «Левиафане» как раз нет. То есть мы добавили такую соль…
<...> Допустим, русские люди любят варить пельмени. Чтобы пельмени были вкусными, их надо посолить. Что я сделал здесь? Сварил себе пачку пельменей [отличных]. Если бы я не добавил современных реалий каких-то, это был бы недосол. Если бы добавил слишком много — это был бы пересол. Вот «Левиафан» — это недосол, потому что там нет актуальности какой-то. А у меня есть.

О ЖЕНОНЕНАВИСТНИЧЕСТВЕ В ТВОРЧЕСТВЕ

— Конечно, понимаю, потому что это так и есть. Эти песни абсолютно женоненавистнические. Мне надо было просто их спеть, чтобы благодаря им и еще паре каких-то обстоятельств сложилась картина того, что женщины — это абсолютно прекрасные создания, и что их надо любить.

У меня были детские травмы, связанные с моими влюбленностями. Плюс сыграло роль абсолютно [безразличное] отношение моей матери к нам. Все это сложилось вместе — конечно же, я был женоненавистником. У меня даже есть ЕР «Revenge» — это была месть как бы женскому полу. У меня была такая идея: вот вы меня не любили, а теперь все возле меня пляшете, потому что у меня есть деньги, известность и все такое. И пошли-ка вы все ...!

Это глупо, но это нормально. Мне надо было походить в вещах Gucci, заработать кучу денег, чтобы понять, что это все [ерунда]. Тут такая же ситуация абсолютно.

ОБ ИСПОЛНЕНИИ СТАРЫХ ПЕСЕН

— Почему бы и нет? Люди должны видеть путь, который был пройден. Он должен их вдохновлять на то, что из [ерунды] можно стать артистом, и петь не о [ерунде], а о чем-то важном. То есть из обычного чувака из Уфы, который сам сводил и записывал песни на деньги, взятые у бабушки, можно стать человеком, который живет счастливой жизнью в гармонии с собой и делает творчество, которое нравится тысячам людей. Или не нравится, но он в гармонии с собой, ему всего хватает.

Мне за эти песни не стыдно, если что. Я сейчас на них так стараюсь смотреть — может быть, я так это выкрутил, потому что мне самому понравилась эта легенда: это такие песни, в которых я являюсь зеркалом молодежи. Я это уже понял сильно после того, как я выпустил треки, но это так и есть. Это общество. Женоненавистничество в воздухе, желание показухи, желание показать всем — я богач, я крутой, я известный.

Все нормально. Я сначала писал такие песни, потом выпустил альбом, чтобы снять груз с души, как русскому человеку бывает нужно. Русский рэпер обязан просто написать альбом про социальные проблемы.

О САМООЩУЩЕНИИ

— Я чувствую, что с этим альбомом я вышел и мелом нарисовал черту. Обозначив, что я такой один. Я действительно такой один. Если кто-то мне и близок в плане творчества, то это Оксимирон.

(Александр Горбачев, «Медуза», 24.09.2018)

По материалам: intermedia
Загрузка...
Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Введите два слова, показанных на изображении: *